Читаем без скачивания Монеты тринадцати[Книга 1] - Луи Бриньон

Следом появился «Трёхплечий». Три сплетённых воедино туловища, покрытые густой шерстью.

Голова его была скрыта за железной маской из под которой торчал острый рог. Руки и ноги были покрыты железными пластинами. В правой руке существо держало щит, а в левой нечто похожее на вилы. Только зубьев на оружие имелось больше, и все они были остры как лезвие кинжала. Один за другим, лезвия стали вонзаться в огненные знаки. Следом появилась «Фигилия». Её волосы тут же обрушились на знаки. Как только пряди касались огненных знаков, они тут же сгорали. Но вместо них появлялись новые и сова обрушивались на стену огненных знаков. В воздухе повис ужасный вой и не менее ужасающие крики. Неожиданно…начался сильный снегопад. Вскоре, солнце скрылось из виду. Всё вокруг побелело, превращаясь в сплошную белую стену. И эта стена, со всех сторон обступила огненные знаки, сжимая их в своих объятиях. С каждым мгновением Евстас, становился всё более напряжённым. Вот он снова поднял коня на дыбы и издал зычный крик:

— Рать моя!

Дома и здания, задрожали от топота. Существа, с огненными собачьими головами неслись по крышам с огромной скоростью. Достигнув Евстаса, они остановились и зловеще оскалились. В это мгновение, снежная стена расступилась, и в ней появился, Рафиор. Золотой посох обрушился на огненные знаки. После каждого удара, часть стены со знаками исчезала.

— Убейте его! — прошипел он, когда исчезли последние знаки.

Евстас поднял коня на дыбы и, подняв меч, ринулся вперёд, первым обрушиваясь на Рафиора.

Огненный меч скрестился с посохом. В то же мгновение, один за другим, существа с огненными собачьими головами стали спрыгивать с крыш. Бросаясь на стражей, они начинали их рвать острыми клыками. Пифия, взлетела в воздух и стала метать в них стрелы. Фигилия, пустила в ход свои волосы. Седые пряди обвивались вокруг опричников, а затем сносили им головы. «Трёхплечий» пустил в ход вилы. Острые лезвия втыкались в опричников. Вместо них тут же появлялись другие и снова устремлялись вперёд. «Беофал», наклонив голову и выставив рог, шел, вперёд разрушая всё на своём пути. Мощные удары превращали стены домов в груду обломков. Эти обломки тут же взвивались в воздух и неслись на опричников.

— Ты — жалкое подобие своего отца! — повторял Рафиор. Отбивая удары Евстаса, он заливался издевательским хохотом. И словно вторя этому хохоту, снегопад усиливался и усиливался. И чем выше поднимался снежный покров, тем медленнее действовал Евстас. Каждый раз нанося удар, он приподнимался в седле и издавал яростный крик. Но каждый раз его меч останавливал посох

Рафиора. Он не сдавался, но силы его с каждым мгновением таяли. Снег, всё больше и больше сковывал его движения. Над его головой появилась, Пифия. Она стала метать в него свои стрелы.

Одна за другой, стрелы впивались в тело Евстаса. Он попытался отбить стрелы огненными знаками.

Но едва знаки появлялись, как снежинки тут же поглощали их. И снова слышался хохот Рафиора.

Евстас начал отступать. Каждое движение давалось ему с трудом. Снежный покров поднимался всё выше и выше и грозил полностью поглотить его. Все существа с пылающими собачьими головами, отступили и, сплотившись вокруг Евстаса, стали отбиваться из последних сил. Однако силы оказались неравными. Ещё мгновение и посох Рафиора, обвился вокруг меча. Увидев это, Пифия, перестала метать стрелы и, издав ликующий крик, стремглав полетела вниз. Четыре змеи вытянулись,

готовясь воткнуть в Евстаса своё жало. С другой стороны, к Евстасу метнулась Фигилия. Её пряди обвились вокруг Евстаса. Евстас, напрягся изо всех сил, стараясь высвободить меч, и в этот миг…

раздался страшный крик. Пифия, забилась в когтях…огромного Демона. Через мгновение, волосы

Фигилии стали гореть. С диким воплем, она отскочила назад. Демон, тут же швырнул Пифию оземь, и…его охватило пламя. Это пламя стало литься на снег превращаясь в огненную лаву. Там где проходила лава, не оставалась и следа от снега. Вот она добралась до Евстаса. И он, и его конь тут же превратились в полыхающее зарево. Евстас, издал яростный крик и освободившись от посоха

Рафиора, стал быстро вращать мечом. Снова появились огненные знаки. И на сей раз, они с такой силой обрушились на стражей, что те стали отступать.

— Ты не победишь! — закричал Рафиор.

Не успели отзвучать эти слова, как Демон, сложив крылья, стремглав устремился на Рафиора. Через мгновение он опустился перед Рафиором. Его глаза издавали ледяное сияние. Всё вокруг мгновенно стихло. Битва остановилась. Все замерли, наблюдая за Рафиором и…мужчиной в элегантной одежде, чьи глаза издавали ледяное сияние. А от его голоса…вокруг стали вздыматься языки пламени:

— Возвращайся и царствуй. И тогда, я не стану тебя наказывать. Здесь тебе не место. А если вздумаешь ослушаться, твоя участь станет гораздо худшей, нежели прежде.

— Я требую «Истину»! — громко ответил Рафиор.

Не успел он произнести эти слова, как рядом с ним, один за другим, возникли 12 старцев в нищенской одежде и с посохами в руках. У всех лица были закрыты. Была видны лишь, длинные седые бороды.

— Вы…здесь, рядом с ним? — мужчина в элегантной одежде, с бесконечным изумлением, оглядывал всех старцев.

В ответ, каждый из них поднимал посох и произносил одни и те же слова:

— Истина!

После каждого удара посохом раздавался звон, и…в воздухе появлялась золотая монета.

Через мгновение, все они стали исчезать. Вслед за ними, исчез Рафиор со всеми стражами. Евстас, спешился и подошёл к…отцу.

— Чего я не знаю? О какой истине идёт речь? Кто эти старцы? И что это за монеты? Почему, они их оставили? — тихо спросил он.

— Я не могу ответить на твои вопросы. Ты должен знать только одно…пока эти старцы будут находиться рядом с Рафиором, никто не сможет тебе помочь. Даже я против них бессилен. Их нельзя победить силой.

— Я буду биться до конца! — глухим голосом произнёс, Евстас.

— Тебе понадобится много сил и…помощь!

— Ты будешь мне помогать?

— Ты так же глуп, как и все люди которые задают этот вопрос!

Сразу после этих слов, силуэт перед Евстасом, растворился, превратившись в смутную дымку, и…

послышался звон. Появилась ещё одна монета, самая большая из всех. Перед ним лежали тринадцать сверкающих монет. Едва, Евстас их поднял, как снова начался сильный снегопад.

Глава 5

— Евстас пропал, Кинсли пропала, генерал уехал…не выдержал всего этого ужаса, — думал Боуд, поглядывая на замкнутое лицо отца Джонатана и осмысливая всё рассказанное им после этого странного припадка, — и хорошо, что уехал. Здесь он только мешал. Но до чего же скверно идут наши дела. Никогда прежде, нам не приходилось сталкиваться с такими ужасными созданиями.

— При воспоминании о произошедших событиях, Боуд почувствовал, как у него волосы на голове зашевелились. Он быстро подавил в себе страх и устремил взгляд на Александрову. Та выглядела несколько бледной, но держалась хорошо. В отличие от профессора Коэл. Профессор, никак не могла прийти в себя, хотя и видела гораздо меньше чем Боуд. Все четверо сидели за круглым столом в кабинете Боуда и молчали. Они собрались для разговора, но его никак не удавалось начать. Никто не знал о чём можно говорить и стоит ли вообще это делать. Все молчали до той поры, пока в кабинете не появилась Метсон. Она выглядела крайне взволнованной.

— Что- то ужасное творится в Италии. Весь юг накрыл сильный снегопад. Поступают сведения о многочисленных жертвах. Исчезла без следа группа военных, отправленная на помощь людям, терпящим бедствие. Никто не знает, что именно происходит, но слухи разнеслись по всему свету.

Многие возвещают конец света. Призывают молиться и каяться в грехах. И обстановка становится всё хуже и хуже.

— Началось, — прошептал Боуд не глядя на Метсон. По сути, она не сообщила ему ничего нового.

Он ожидал услышать нечто подобное. Рядом зазвонил телефон. Он поднял трубку, несколько раз подряд повторил одно слово «хорошо», затем положил её обратно и указал Метсон на свободное место за столом. Как только она села, он заговорил с глубокой сосредоточенностью и заметным беспокойством:

— Дела обстоят хуже некуда, но отчаиваться раньше времени не стоит. Я попробую сделать анализ событий. Возможно, мы сумеем найти выход из создавшейся ситуации. Хотя о чём можно говорить?

Мы просто обязаны его найти. У нас не остаётся другого выхода. Исходное положение таково.

Против нас действуют могущественные силы. Что есть у нас? Ничего, за исключением книги. По этой причине и прежде всего, я хотел бы выслушать тебя Энн, и тебя Ольга. — Боуд по очереди оглядел Александрову и профессора Коэл. — Что вы можете сказать?

Они переглянулись. После этого молчаливого обмена мнениями, профессор Коэл несколько раз тяжело вздохнула и только потом ответила: